Обращение А. Попова к русскому авангардизму могло носить не только вполне серьезный, как в «Коробейниковом переулке», но и иронический характер. Так, его пастель «№ 15. Супревматизм» – это шутливая вариация на тему одного из известнейших направлений авангардистского искусства.
На небольшом листе бумаги А. Попов раскладывает термин «супрематизм», придуманный К. Малевичем и ярче всего воплощенный в его знаменитом «Черном квадрате», на два слова, а затем добавляет еще одну букву.
В результате серьезное теоретическое понятие превращается в слова «суп» и «ревматизм», которые становятся своеобразным заголовком картины.
Художник буквально запечатлевает тарелку из-под супа и скрученный (как бы от боли) нож. Одновременно, используя простые геометрические формы бытовых предметов, мастер выстраивает конструкцию в стилистике супрематизма, суть которого заключается в комбинации разноцветных плоскостей простейших геометрических очертаний.
Смешение массового и элитарного вообще чрезвычайно характерно для постмодернистской иронии, фундамента постмодернистского мышления, в парадигме которого и сформировался сам А. Попов как художник.
Произведение демонстрирует тесную связь слова и образа, т.е. подключается к теме, которую трактовали многие московские неформальные художники старшего по отношению к А. Попову поколения, в частности его учитель Михаил Рогинский, также любивший вкраплять фрагменты крупных надписей в свои картины.
Стоит отметить, что А. Попов отказывается от насыщенных локальных цветов, которым отдавал предпочтение К. Малевич и его последователи в своих супрематических работах.
Вместо этого он фокусируется на раскрытии возможностей материала – мягкости перламутровых переливов такой нежной техники, как пастель. Мастер не воспроизводит буквально принципы супрематической живописи, он свободно жонглирует ее тропами. В результате возникает очень тонкая колористически работа, похожая на взвесь голубовато-розоватых оттенков. Ироничное содержание и утонченная форма контрастируют, но это противоречие лишь усиливает выразительный эффект произведения.
Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед
Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.


Истории из жизни
Пегги Гуггенхайм и Макс Эрнст
Семейная жизнь художника Макса Эрнста, яркого представителя дадаизма и сюрреализма, и Пегги Гуггенхайм, знаменитой покровительницы [...]
Июн
Истории из жизни
Александр Николаев. Самаркандский Поль Гоген
В 1920-х гг. в Самарканде встретилась группа русских художников, работавших в комиссии по охране памятников [...]
Дек
Полезная информация
Арт-рынок в Китае. Сложное прошлое, яркое настоящее, светлое будущее
Стремительный рост экономики Китая, наблюдавшийся в последние десятилетия, благотворно сказался и на сфере торговли искусством [...]
Июн
Записки художника
Линия. Два противоположных мира на рисунке графитным карандашом
Вернувшись из армии, я стал посещать различные художественные студии в Москве, где за копеечную плату [...]
Авг
Статьи об искусстве
Непривлекательный предмет с художественной точки зрения
Банка шпрот – казалось бы, такой непривлекательный предмет с художественной точки зрения. Но в одноименном [...]
Июл
Записки художника
Арбатская жизнь. Яркие воспоминания: живопись, застолья и драки
Я устроился работать дворником на улице Арбат. Перед этим чуть было не стал радистом на [...]
Авг