К.П. Брюллов обладал импульсивным характером и не стеснялся в выражениях. Мог ради развлечения начать стрелять в комнате из винтовки в дверь. «Библиотеку для чтения» – популярный журнал – он называл «Блевотником для чтения». А еще Брюллов очень любил розыгрыши, жертвами которых часто становились его близкие. Особенно доставалось его ученику А.Н. Мокрицкому, который скрупулезно заносил подобные эпизоды в свой дневник.
На ужине у барона П.К. Клодта
Однажды вечером на ужине у скульптора барона П.К. Клодта, автора знаменитых коней на Аничковом мосту, Брюллов усадил Мокрицкого рядом с собой. Как потом оказалось, не без умысла. По предписанию врачей Великому Карлу нельзя было участвовать в общей трапезе, поэтому Мокрицкий своей вилкой поднес ему лишь кусочек вареника и кусочек жаркого. Художник съел предложенное с большим аппетитом и в благодарность отодвинул стул, на котором сидел его ученик, как раз тогда, когда тот привстал, чтобы налить себе водки. Мокрицкий не заметил подвоха и растянулся на полу. К счастью, он не пострадал, и поэтому хохотал вместе с остальными гостями. Великому Карлу спускалось все за его талант.
Встреча с императором Николаем I
Брюллов позволял себе смелые выходки по отношению не только к своему окружению. Как-то раз, гуляя по Петергофскому парку, художник случайно встретился с императором Николаем I, которому давно хотелось, чтобы мастер написал его портрет. Теперь государь попросил об этом лично. Брюллов не испытывал особого желания писать монаршую особу и при первой встрече сослался на то, что не взял с собой на прогулку ни кистей, ни красок. Через несколько дней после встречи с царем в мастерскую художника прибыл гонец от императора и возвестил, что Николай Павлович изволит назавтра прибыть на сеанс. Однако монарх опоздал на двадцать минут, чем Брюллов не преминул воспользоваться. Живописец просто-напросто сбежал из мастерской, наказав своему ученику, в случае, если прибудет царь, сказать, что Брюллов слишком наслышан о пунктуальности государя, а потому решил считать сеанс отложенным до другого раза. Больше речь о портрете императора не заходила.
Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед
Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.


Записки художника
Люди бывают разные. От магазина «Овощи-фрукты» до магазина «Школьник»
Катилась шляпа по Арбату колесом, поддаваемая ветром, тёмно-зелёная. Догнал её, примерил, она была почти новая. [...]
Авг
Истории из жизни
К.П. Брюллов. Таланту все прощается
К.П. Брюллов обладал импульсивным характером и не стеснялся в выражениях. Мог ради развлечения начать стрелять [...]
Июн
История картины
Белая письменность Марка Тоби. Уникальный стиль абстракции
Абстрактный экспрессионизм — направление в искусстве, зародившееся в США в конце 40-х годов прошлого столетия. [...]
Апр
Статьи об искусстве
Искусство Востока и Запада: пропасть во взглядах
Искусство Востока и искусство Запада – это два равновесных, равнозначных явления. Однако в силу европоцентричности, [...]
Мар
Записки художника
Париж. Консервный нож, обманки и пятьдесят картин в Большом дворце
В Москве солнечный день, золотые блики на снегу, ультрамариновые тени от деревьев, температура – два [...]
Дек
Статьи об искусстве
Облака: тучки небесные, вечные странники
23 мая 2006 года по голубому, почти летнему небу плыли белые пушистые кучевые облака. Они [...]
Июн