Об искусстве. Статья. Экспрессионизм. Нервы на пределе

Экспрессионизм. Нервы на пределе

Яркие цвета, острые углы, искаженные формы, уплощенность, гротеск – это те черты, которые отличают живопись экспрессионистов. Экспрессионизм (от латинского expressio, «выражение») как движение в искусстве зародился и расцвел в первой четверти 20-го века в Германии и Австрии. Его представители ставили целью изобразить мир таким, каким его чувствует художник, а не таким, какой он есть на самом деле – отсюда повышенная эмоциональность и предельная субъективность их живописи.

Экспрессионисты заимствовали язык фовистов, чье движение оформилось параллельно с ними, однако содержание и посыл их картин оказались совершенно иными. Произведения фовистов (от французского les fauves, «дикие») тоже поражают открытостью и сочностью цвета, однако художников не волнуют политика или социальные проблемы. Немецкий, или, вернее сказать, североевропейский экспрессионизм сосредоточен, напротив, на проблемах общества. Именно поэтому в искусстве экспрессионистов случился большой перелом после Первой мировой войны – она усугубила их социально-политическую направленность. Реальность войны оказалась страшнее, чем думали художники, которые ждали от нее катарсиса и очищения. Их живопись приобрела мрачность, ее населили уродливые лица, картины обнажили травмы общества и каждого отдельного человека.

Острая социальная проблематика – это то, что роднит произведения экспрессионистов (особенно послевоенные) и некоторые картины А. Попова, самые агрессивные его полотна.  

Так, серия с путанами, очень прямолинейная и откровенная, строится на тревожащем внутреннем противоречии, дихотомии: пышная плоть, вульгарная чувственность, соблазнительные позы, Эрос противопоставлены скалящимся черепам, мертвенному оттенку кожи, голым костям, грязному колориту, Танатосу. И сюжет, и форма картин оказываются близки тем, что увлекали экспрессионистов. Противопоставление Эроса («влечения к жизни») и Танатоса («влечения к смерти») – это те темы, которые особенно волновали людей на рубеже 19-20-го веков, когда и зародился экспрессионизм. Их активно исследовал основатель психоанализа Зигмунд Фрейд – интересно, что он жил в Вене, одном из ключевых центров экспрессионизма, где работали такие художники, как Эгон Шиле, Густав Климт и Оскар Кокошка, самые яркие австрийские экспрессионисты.

Конечно, череп – это общее место многих классических картин, символ memento mori, т.е. скоротечности бытия, однако подача сюжета в работах А. Попова с путанами, черепами и скелетами – совершенно экспрессионистская.

В полотнах много открытого, интенсивного цвета: синего, желтого, розового. Синеватая кожа оттеняет желтый парик, красные чулки или подошвы туфель полыхают кровью на синем фоне. Нервная, напряженная палитра в сочетании с преувеличенными, искривленными формами рождает в картинах эмоциональный надрыв и трагизм.

Виды ночных городских улиц у А. Попова тоже часто решены весьма экспрессионистски. Запечатлевая городские пейзажи, художник обращается к ярким, очерченным, геометризованным формам. На его полотнах разыгрывается калейдоскоп огней неуютного, вечно бодрствующего города. Живописец работает жирной кистью, в технике импасто, которую, кстати, особенно любили немецкие экспрессионисты за ее выразительность. Одновременно мастер прибегает и к импрессионистским приемам: ему интересно, как свет ночных огней рассеивается в тумане и отражается в зеркале витрин.

Он колеблется между более импрессионистским и более экспрессионистским видением. Выбор подхода определяет настроение картины: оно может быть более нежным, лиричным или, напротив, депрессивным и навевать чувство одиночества.

Обращение современного художника к инструментарию мастеров-экспрессионистов не кажется случайным. Методы экспрессионизма оказываются весьма подходящими для выражения своего мироощущения, своей политической позиции, отношения к реальности, а творчество А. Попова сильно политизировано и часто вращается вокруг острых тем. Экспрессионисты 20-го века переживали в своих ярких картинах с их искаженными персонажами и надломленными линиями трагедию своего времени. Их художественный опыт берет на вооружение живописец уже 21-го столетия, тоже, к сожалению, богатого на боль.

Подпишитесь на канал. Следите за нашими новостями в удобном формате

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.

Статьи об искусстве

Признание авангарда. Коллекция Костаки — уникальная подборка русского и советского искусства

Быть советским коллекционером — непростое умение. Ему следовало постоянно пребывать в сообществе художников и коллекционеров, [...]

Записки художника

Одесская Юморина. Бумажный нос Патрушева и танцующие пары с плакатами

В каком году в Одессе состоялась первая советская официальная Юморина 1 апреля. Не помню. Узнав [...]

Записки художника

Вдохновение. Запах земных полей и изысканный аромат осенних трав

«У художника кожа нежная», – говорил живописец Анатолий Зверев, поэтому носил рубашки наизнанку. Думаю, под [...]

История картины

«Гроза» Джорджоне. Загадка старой картины

«Гроза» – это, пожалуй, самая загадочная картина Джорджоне, великого венецианского живописца 16-го века. Ученые бьются [...]

Истории из жизни

Караваджо. Бунтарь без причины

Микеланджело Меризи да Караваджо – enfant terrible мирового искусства, обладавший взрывным темпераментом. Однажды он попал [...]

Статьи об искусстве

Солнце взойдет: вариация на тему Лоррена

В своем творчестве А. Попов часто включается в диалог с великими мастерами прошлого. Так, его [...]

Сайт использует cookie. Вы можете отказаться от использования cookie в настройках браузера, однако это может повлиять на работу сайта. Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет. Политика конфиденциальности просматривая этот сайт, вы соглашаетесь с условиями.