Воплощение самоиронии. Подтрунивания над академическими нормами

Если автопортрет А. Попова под номером 7 был подтруниванием над академическими нормами, то автопортрет № 2 – это открытая насмешка над самим собой.

Композиционно портрет снова достаточно традиционен: прямоугольный вертикальный формат, погрудный срез, разворот головы в три четверти. Однако поверх лица художника написаны яркие красные усы и козлиная бородка, похожие на хулиганскую выходку школьника, разрисовавшего портрет поэта или писателя в учебнике литературы.

Такой прием напоминает знаменитую усатую «Мону Лизу» Марселя Дюшана, изобретателя эстетики реди-мейда.

Суть этого направления заключается в том, что художник выбирает готовый объект и называет его иначе, а также может его чем-то дополнить. Так, Дюшан дорисовал карандашом на открытке с Джокондой эспаньолку и усы и дал работе непристойное название, тем самым ниспровергнув растиражированный символ европейского искусства.

А. Попов, в свою очередь, низводит свой собственный образ. Кроме того, он добавляет в правом нижнем углу надпись – «Ну и рожа!!», – усугубляя насмешку. Внедрять в работу фрагменты текста особенно любил его учитель М. Рогинский, по словам которого включение надписей было необходимо, «чтобы снять картинность с картины».

Художник в этом автопортрете как будто лишает себя субъектности.

Мастер, изображенный с обнаженным торсом, представлен в образе не активного живописца, а, скорее, пассивного натурщика, модели, глаза которой не прописаны, лицо напоминает непроницаемую маску, по нему невозможно прочитать какие-либо чувства или эмоции, оставлена лишь репрезентативная фактурная внешняя оболочка.

Несмотря на то что в этом портрете художник занят в первую очередь концепцией работы, переплетением визуального и вербального смысловых рядов, он успевает проявить себя и как колорист, соединяя голубоватые оттенки в лице, синий фон и контрастные красные усы, розоватые мазки карнации. Он не изменяет своей любви к открытой фактуре, жирной кисти, которые подходят крупным чертам лица и общей суровости образа. Таким образом, А. Попов вновь обращается к своим коллегам-предшественникам, используя отдельные компоненты их художественных методов, чтобы выразить отношение к самому себе.

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.