«Русский бум»: мода на советско-российское искусство на Западе

В конце 1980-х – начале 1990-х гг. на мировой художественной сцене случился т.н. «русский бум». Во многом его спровоцировала стартовавшая в 1987 г. перестройка и политика гласности. Запад охватила мода на все советское, в том числе на узнаваемые символы советской власти: красные звезды, серп и молоты, профиль Ленина, портреты советских вождей, шапки-ушанки. Стремительно рос туристический поток в Советский союз. Популярность советской визуальной культуры пробудила повышенный интерес к советскому искусству, в первую очередь неофициальному (а также к русскому авангарду – в общественном сознании перестройка перекликалась с русской революцией 1917 г.). Западная пресса активно освещала громкие художественные выставки в СССР, в частности однодневную выставку в Битцевском парке в 1986 г. «Битца за искусство». Многие советские художники стали выставляться за рубежом – например, уже в 1987 г. Илья Кабаков получил от австрийского фонда первый зарубежный грант и построил в Граце свою инсталляцию.

Ключевым событием, зацементировавшим «русский бум», стал аукцион, организованный английским аукционным домом Sotheby’s и состоявшийся 7 июля 1988 г. в Москве, в Совинцентре. Аукцион оказался последним международным культурным мероприятием, на которое понадобилось получать разрешение советского правительства. В качестве лотов на торгах были представлены произведения русского авангарда (например, работы Александра Родченко и Варвары Степановой) и современного советского искусства (Ильи Кабакова, Ирины Наховой, супругов Копыстянских, Ивана Чуйкова и др.). Из современных художников (как официальных, так и неофициальных) были отобраны 29 мастеров, предоставивших 100 работ. К организации торгов располагали послабления, коснувшиеся ограничений на вывоз произведений искусства за пределы Советского союза (тем не менее в случае авангарда Министерство культуры СССР сознательно шло на нарушение закона: вывоз произведений, созданных до 1945 г., был запрещен).  Аукцион изначально был нацелен на западных клиентов – торги велись в валюте. Организаторы рассчитывали сыграть на возросшей популярности к советскому – и их расчёт оказался верен. За лоты боролись западные миллионеры и знаменитости, в том числе певец Элтон Джон, приславший своего агента в Россию, и рок-звезда Дэвид Боуи, участвовавший в торгах по телефону.

Аукцион, проведенный Сотбис, придал толчок развитию непосредственно советского, а затем российского рынка современного искусства. Впервые были установлены какие-то цены на произведения советских художников (причем доходили они до 500 тыс. долларов за вещь). Кроме того, аукцион дал буст карьерам многих андерграундных мастеров. Посыпались приглашения к участию в западных выставках, как музейных, так и коммерческих. Многие художники уехали за границу (при этом назвать их эмигрантами в полном смысле этого слова затруднительно: они фактически жили на два дома, в России и в Европе или Америке). Уезжали мэтры московского неофициального искусства: Гриша Брускин (буквально через неделю после аукциона – его работа была продана дороже всего), Илья Кабаков, Эрик Булатов, Владимир Немухин, Эдуард Штейнберг и многие другие. Сегодня их произведения находятся в коллекциях крупнейших западных музеев.

Однако к середине 1990-х гг. мода на советско-российское искусство постепенно пошла на спад. Попытки организовать новые аукционы крупными торговыми домами, в частности, Кристис, после аукциона 1988 г. провалились: инициативе воспрепятствовали российские законы, запрещающие вывоз многих категорий искусства. Московская художественная сцена опустела (на место уехавших мастеров вскоре придет новое поколение). Приезжим западным коллекционерам, которые посещали в первую очередь столицу, нечего стало купить.

Некоторые художники, вознесенные на гребень волны «русского бума», действительно смогли закрепиться на вершине за рубежом, в то время как других постигло жестокое разочарование, и они оказались не востребованы на Западе. Тем не менее результаты «русского бума» нельзя недооценивать. Художники получили мировое признание, оказались представлены западной публике, вышли из подполья. Именно в контекст «русского бума» можно поместить и участие художника Александра Попова от лица одной из французских галерей в выставке в парижском Гран-Пале в 1992 г. – об этой выставке речь подробнее пойдет в следующей статье.

—

Главная иллюстрация фотография с выставки «Гастроном», Париж, 1992 г. В кадре художник Александр Попов, Жорж Мачере, Эрик Булатов и Наталья Булатова

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.