История картины. Портрет османского правителя. У истоков ориентализма

Портрет османского правителя. У истоков ориентализма

В Лондонской Национальной галерее хранится один занимательный портрет турецкого султана кисти венецианского художника 15-го века Джентиле Беллини. Это портрет Мехмеда II Завоевателя. Под натиском его войск в 1453 г. пала столица Византийской империи – Константинополь.

Мехмед был не только военачальником и политиком, но и покровителем искусств. Он также изучал классические языки, увлекался географическими картами, следил за последними достижениями в области военной архитектуры, коллекционировал монеты и медали, а значит, осознавал потенциал портретного образа как способа прославления правителя.

Стоит отметить, что представление об исламе как религии, запрещающей натуроподобные изображения, не совсем верно. Вне религиозного контекста они были вполне приемлемы. Кроме того, какие бы то ни было правила на султана не распространялись.

Поэтому неудивительно, что Мехмед II попросил венецианцев прислать мастера, искусного в портретной живописи. В ответ в Османскую империю был отправлен Джентиле Беллини, к тому моменту уже состоявшийся и успешный художник из целой династии живописцев. Он пробыл в Константинополе 15 месяцев и, по-видимому, имел уникальный доступ к частным покоям дворца султана, где, как считается, и был написан его портрет. Кроме того, он преподнес в подарок Мехмеду альбом рисунков своего знаменитого отца – Якопо Беллини.

Портрет напоминает многие европейские портреты того времени и разительно отличается от османского искусства 15-го века. Султан, изображенный в погрудном срезе почти в профиль и помещенный внутри иллюзионистически выписанной арки, представлен в богатом одеянии, которое красноречиво свидетельствует о его статусе. Вокруг него парят шесть корон, которые либо символизируют территории под его властью, либо указывают на его место по счету в череде османских султанов. Однако портрет пробыл в Константинополе совсем недолго. Вероятнее всего, картина была привезена в Италию после смерти Мехмеда в 1481 г. В последующие века портрет был сильно записан, в таком виде он остается и до сих пор. Тем не менее, его можно считать одним из первых произведений ориентализма.

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Автор: Анастасия Курьянова / Искусствовед

Аспирантка программы «История и теория культуры, искусств» Европейского университета в Санкт-Петербурге, выпускница искусствоведческих программ магистратуры и бакалавриата НИУ ВШЭ в Москве, участница всероссийских и международных научных конференций в области истории искусств.

Статьи об искусстве

Супрематизм вчера и сегодня. Художник на гребне волны

В 1915 г. на выставке с необычным названием «0,10» Казимир Малевич представил свой знаменитый «Черный [...]

Истории из жизни

Самая известная художница Кореи

Син Саимдан (1504-1551) – это, пожалуй, самая известная корейская художница. Она стала первой женщиной, чей [...]

Статьи об искусстве

Игра в академизм. Живописная ткань как будто соткана из лоскутов

При первом взгляде на автопортрет А. Попова под номером 7 зрителя удивляет прямолинейность художника. По [...]

Статьи об искусстве

Символ тщетности бытия. Послание в узоре.

Предметный мир натюрморта «Кринка и кости» кисти А. Попова достаточно лаконичен: это глиняная кринка, кости [...]

Статьи об искусстве

Создать и уничтожить. В чем сила искусства?

Что означает понятие «деструкция», когда речь заходит об искусстве? Деструкция – то есть намеренный или [...]

Истории из жизни

Русская художница в поисках марокканских красавиц

В 1928 г. Зинаида Серебрякова участвовала в выставке в Брюсселе, где познакомилась с бароном де [...]

Сайт использует cookie. Вы можете отказаться от использования cookie в настройках браузера, однако это может повлиять на работу сайта. Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет. Политика конфиденциальности просматривая этот сайт, вы соглашаетесь с условиями.