Русский авангард на художественном рынке. Преображённый колорит Ольги Розановой

Вопрос о женском искусстве, как это ни странно, во многом связан с областью художественного рынка — здесь имеет значение не только продвижение художников в социальных медиа, дискриминационные искажения в специальной литературе, но также доступность работ для просмотра в музеях и на аукционах. Сейчас именно в связи с тем, что переходят из собрания в собрание (и даже возвращаются в Россию) работы андеграундных художниц, в публичном поле появляется интерес к ряду забытых имен, в частности, Риммы Заневской-Сапгир, Лидии Мастерковой, Веры Преображенской.

В рамках данной статьи хотелось бы обратиться к сюжету более проработанному, а именно к «амазонкам первого авангарда», и, в особенности, поговорить о циркуляции их работ на отечественном и западном рынках. В качестве примера рассмотрим творчество Ольги Розановой, поскольку при всем ее таланте, судьба ее наследия отражает одиссею авангардной живописи в России.

Ольга Владимировна Розанова была плодовитой художницей, на протяжении своей достаточно короткой жизни (она скончалась от дифтерита в 1918 г. в возрасте 32 лет) последовательно прошла через импрессионистический и футуристический периоды, испытала на себе влияние супрематизма, пока не пришла к тому, что сама характеризовала как «цветопись». Обучалась в художественной школе К. Ф. Юона, затем, не сумев поступить в Строгановскую Академию, поступила в мастерскую Е. Н. Званцевой в Санкт-Петербурге (именно через эту школу прошли художники объединения «Союз Молодежи»). Она была участником итальянской выставки футуристов в 1914 г., а также принимала в России ответный визит Филиппо Томмазо Маринетти, которому подарила несколько своих работ.

После ее смерти в мастерской сохранилось большое количество картин, отражающих разные периоды творческой активности. Значительная часть была показана уже на первой государственной выставке, организуемой отделом Изо Наркомпроса в декабре 1918 — 1919 гг. Продажи частным лицам с этой выставки, даже если и происходили, то в расчет их брать не следует. Большая часть работ была распределена по музеям — наилучшие отобраны для Музея живописной культуры в Москве, собрание которого с 1929 г. вошло в коллекцию Государственной Третьяковской галереи. Музейные чистки привели к тому, что часть работ, как «не представляющих ценности», оказалась исключена из государственных фондов, и, возможно, уничтожена.

Когда Г. Костаки искал информацию о Розановой в 1950 — 1960-е гг. в России, то сумел обнаружить не так много. Последним крупным событием на отечественном рынке, связанным с ее именем, стало открытие собрания живописи и графики, принадлежавшего брату художницы. Работы сменили коллекционера в 2000-х гг., а в 2007 г. в Москве проводилась 2-я персональная выставка художницы, где они были представлены. В своей лекции «Путь к цветописи Ольги Розановой» искусствовед Андрей Сарабьянов заметил, что подделки ее работ не представляет особенного смысла именно потому, что они редки на рынке, отчего их рыночная стоимость не сформирована.

Однако уже в 2018 г. Розановский центр во Владимире провел обширную выставку с претенциозным названием «Сомнительная Розанова», показав примеры нашумевших продаж картин с сомнительной атрибуцией, начиная с 2008 г. Кураторы выставки смогли выявить корпус из 55–60 «сомнительных» произведений.

Вопрос о том, каким образом «сомнительные» работы проникали на аукцион, требует отдельного разъяснения. Во-первых, 2008 — год экономического кризиса, когда на рынке искусств начинается рецессия. В этой связи вспоминают о знаменитой выставке (выставке-блокбастере) «Амазонки русского авангарда», каталоги которой разошлись по всему миру. Во-вторых, возрастание общего интереса к русскому авангарду порой накладывается на исследовательские интересы галеристов.

Посмотрим только на одну историю из каталога. В 2018 г. в Музее изящных искусств в Генте (директором на тот момент была Катрин де Зегер, считавшаяся благодаря циклу курируемых ей выставок «исследовательницей женственности») открылась выставка работ русского авангарда из собрания коллекционера украинского происхождения Игоря Топоровского, основателя Фонда Дегелем. Среди источников данного фонда Топоровский называл частные коллекции и музейные распродажи (в особенности, украинские). Выставка вызвала необычайный общественный резонанс среди специалистов и, в частности, среди участников проекта по исследованию русского авангарда (RARP), потребовавших проведения технико-технологического исследования. Письмо с требованием было опубликовано в русском журнале «The Art Newspaper», после чего скандал разгорелся с необычайной силой, подогреваемый регулярным освещением в прессе. В результате Катрину де Зегер от должности отстранили, самого Топоровского, а также часть его коллекции и недвижимость на 30 млн. евро, арестовали.

В данном случае музей проиграл, с одной стороны, из-за собственного стремления сохранить доверительные отношения с коллекционером-меценатом, с другой, показать экзотику, которая бы отвечала настроениям в обществе. Однако добрые устремления могут привести к дурным последствиям — исходя из данных каталога о «Сомнительных Розановых», наибольшее количество композиций, выпускаемых на рынок, удивительным образом напоминают «Полет аэроплана», открывающий каталог «Амазонки авангарда». В очередной раз принцип «доверяй — но проверяй», а именно «обращайся к экспертам» торжествует на рынке.

Рекомендуем посетить ГЭС-2. Выставка «Кубок созвучий. По направлению к Розановой», посвященная искусству удивительной и самобытной авангардистки Ольги Розановой и его отзвукам и резонансам в советском неофициальном искусстве и у современных художниц, открыта с 10 ноября 2023 г. по 28 апрель 2024 г.

—

Главная иллюстрация фрагмент картины художницы Ольги Розановой «Беспредметная композиция», 1916

Автор: Ангелина Лебедева / Искусствовед

Магистрант программы «История художественной культуры и рынок искусств» НИУ ВШЭ. Исследователь советского изобразительного искусства, музейной теории, истории коллекционирования. Участница международных и всероссийских конференций в области искусствознания.